КАРНЕГИ В МИРЕ
КОНТАКТЫ
2.07.2021
Разведенные по полюсам. Как сближение Индии с США скажется на отношениях с Россией
Азиатско-тихоокеанская безопасностьДиалог Россия – США
Фото: Getty Images
Подпишитесь на рассылку новых материалов Carnegie.ru
Понравился материал? Подпишитесь на рассылку!
Алексей
Захаров
English
Распечатать
Вместо нового Движения неприсоединения Россия и Индия все больше сдвигаются к двум мировым центрам силы – Китаю и США. Это расхождение постепенно сжигает мосты российско-индийской дружбы
В начале мая сложная ситуация с пандемией в Индии не помешала главе МИД страны Субраманьяму Джайшанкару отправиться в Лондон для участия в расширенном формате G7. Однако у некоторых представителей индийской делегации оказались положительные тесты на коронавирус, поэтому министру все равно пришлось участвовать в мероприятии онлайн.
Случившееся хорошо отражает главный тренд в сегодняшней внешней политике Индии: страна сближается с Западом, но сохраняет при этом дистанцию.
Сближаться с Западом, и прежде всего с США, Индию подталкивают трудности в отношениях с Китаем. Взять одно то, что вооруженное противостояние индийских и китайских войск в Гималаях, начавшееся еще год назад, уже стало историческим – по своей длительности и потерям с обеих сторон.
А дистанцию с Западом Индия сохраняет в том числе из-за нежелания портить отношения с Россией. В условиях новой биполярности в международных отношениях и Индия, и Россия вынуждены склоняться к одному из полюсов. Так что похоже, что сегодня пути двух некогда близких партнеров начинают расходиться, как и их видение будущего.
Ближе к Америке
Сегодня отношения Индии и США находятся на пике своего развития. За последний год Индия сделала несколько важных шагов в сторону Америки: стала активно сотрудничать со странами Quad (площадка, объединяющая США, Индию, Австралию и Японию), провела совместные с Quad военно-морские учения в Бенгальском заливе и Аравийском море, а также приняла участие в саммите G7, хоть и виртуальное.
Схожие взгляды на Китай стали одной из главных причин этого сближения. Индия, по сути, следует за западными странами в своей борьбе с китайскими технологическими гигантами. В мае этого года индийское правительство исключило китайские компании Huawei и ZTE из списка участников испытаний сети 5G. Взамен сетями 5G в Индии займутся Nokia, Ericsson и Samsung. 
Пока Индия блокирует на своей территории китайские мобильные приложения, американские техногиганты Facebook, Google и Amazon инвестируют миллиарды долларов в IT и свободно конкурируют друг с другом за долю на индийском рынке цифровых платежей.
Сближение со Штатами происходит и в военной сфере. В сентябре 2020 года Индия разрешила американскому патрульному противолодочному самолету P8 «Посейдон» заправиться на своей базе в Порт-Блэр, впервые за последние три года применив положения меморандума о логистическом обмене между странами.
Другой пример – заявление начальника Генштаба индийских вооруженных сил Бипина Равата о том, что странам Quad важно обеспечить свободу морской и воздушной навигации в Индийском океане. Эти слова буквально повторяют традиционную американскую риторику, направленную против действий Китая в Южно-Китайском море.
Помимо Китая, у индийско-американского сближения есть и другие причины – сотрудничество двух стран углубляется уже около 20 лет. Отношения впервые заметно улучшились после того, как Вашингтон пересмотрел свою политику в регионе и уделил особое внимание Индии – признал ее ядерный статус, возобновил поставки военной техники, прерванные после индийских ядерных испытаний 1998-го, и начал проводить совместные военные учения. Также США теперь рассматривают Индию как самостоятельное направление американской политики, отдельное от Пакистана.
С индийской стороны премьер-министр Нарендра Моди с самого прихода к власти в 2014 году избрал курс на углубление сотрудничества с США, особенно в сфере обороны и безопасности. При Моди Индия подписала с американцами все основополагающие соглашения, которые находились в подвешенном состоянии с 2004 года: меморандум о логистическом обмене (2016); соглашение о совместимости средств связи и безопасности (2018); cоглашение об обмене передовыми военными технологиями и геопространственной информацией (2020).
Между странами стали улучшаться и экономические связи. США – уже несколько лет крупнейший торговый партнер Индии, товарооборот двух стран составляет $80 млрд, а с учетом торговли услугами и вовсе приближается к $150 млрд.
Рамки сближения
Однако у сближения Индии со Штатами есть ограничения, за которые Моди заступать не может. Для индийских политиков сотрудничество с США всегда было токсичной темой: общество относится к Америке с большим подозрением, чем умело пользуется оппозиция. К примеру, даже такое грандиозное соглашение, как ядерная сделка c США 2008 года, которая, казалось бы, полностью соответствует интересам Индии, вызвало шквал критики, ожесточенные споры в парламенте и СМИ.
Поэтому, несмотря на интенсификацию военных связей со Штатами, Индия старается не заходить на этом пути слишком далеко. Речь не идет ни об открытии для американцев индийских военных баз, ни о том, чтобы разрешить ВМС США регулярно пользоваться индийскими портами для заправки или ремонта кораблей.
Кроме того, подходы Индии и США в регионе не всегда совпадают, что подтвердил эпизод с американским эсминцем, проводившим в начале апреля операцию по обеспечению свободы навигации вблизи индийской островной территории Лакшадвип. Маневры военного корабля США проходили в исключительной экономической зоне Индии без предварительного согласования с Нью-Дели.
Такое случалось и раньше, и инцидент, вероятно, удалось бы замять, если бы 7-й флот США не выпустил пресс-релиз, где сообщил, что таким образом отстаивает навигационные права и свободы и оспаривает «чрезмерные морские притязания» Индии. Подобный язык вызвал взрыв негодования в индийских медиа и соцсетях.
Тем не менее в целом Индия гораздо более благосклонно, чем раньше, относится к военному присутствию США в Азии и даже в собственной зоне влияния – регионе Индийского океана. По логике руководства Индии, чем меньше роль США в регионе, тем больше возможностей распространить свое влияние открывается для Китая.
Разрыв в экономических и военных возможностях с Китаем уже настолько велик, что справиться в одиночку с китайским присутствием в регионе Нью-Дели не сможет. Индии все труднее предлагать малым странам Южной Азии альтернативу китайской помощи, которая от вопросов экономического развития все чаще переходит в политическую плоскость. Поэтому Нью-Дели нуждается в активном присутствии Вашингтона, чтобы уравновешивать китайскую военную и экономическую мощь.
Скепсис России
Одновременно Индия хотела бы не допустить гегемонии одной державы в Азии, даже если эта держава – США. Поэтому, несмотря на все сложности в отношениях с Китаем, в стране существует устойчивый консенсус, что присоединение к одной из сторон в американо-китайском противостоянии не отвечает индийским интересам.
Так что Индия вряд ли пойдет на заключение военного альянса с США. Статус американского союзника неизбежно сократит пространство для маневра в отношениях с развивающимися странами и ударит по связям с Россией. Даже нынешнее сближение, далекое от союзничества, вызывает упреки со стороны Москвы за то, что Индия переходит «под американский военный зонтик». 
Москва регулярно критикует концепцию Индо-Тихоокеанского региона, у истоков которой стояли индийские стратеги и ученые. Российские официальные лица часто игнорируют то, что у разных стран есть разные подходы к этой концепции, и воспринимают ее как исключительно американскую стратегию. Чувствуется в заявлениях Москвы и недовольство тем, как активно Индия ведет себя в Quad, которую российские власти, как и их китайские коллеги, называют «азиатским НАТО».
В отношениях России с Индией сейчас две фундаментальные проблемы. Во-первых, Москва не способна расширить свои отношения с Нью-Дели за пределы секторального сотрудничества в военной сфере и энергетике. Экономические связи государств развиваются вяло: товарооборот, вопреки призывам увеличить его до $30 млрд к 2025 году, уже несколько лет колеблется в районе $10 млрд. Во-вторых, конфронтация с США заставляет Россию делать сильный крен в сторону Китая в своей внешней политике в Азии, что, несомненно, сказывается на отношениях с Индией.
Другой источник раздражения для Нью-Дели – это российские отношения с Пакистаном. В 2015 году Москва объявила о поставках Пакистану четырех боевых вертолетов Ми-35 и тем самым прекратила негласно существовавшее эмбарго на экспорт военной техники в эту страну. С 2016-го страны регулярно проводят антитеррористические учения «Дружба». 
Участилось взаимодействие по вопросам региональной безопасности на уровне представителей МИД и советников по нацбезопасности. Проявился российский интерес к сотрудничеству в сфере энергетики: строительству газопровода Карачи – Лахор, недавно переименованного сторонами в «Пакистанский поток», и поставкам сжиженного природного газа.
Россия в обход Индии сотрудничает с Пакистаном по афганскому вопросу. В начале года российский МИД не пригласил Индию на встречу «расширенной тройки» Россия – Китай – США, где также были представители Пакистана, Турции, Катара и афганцев. В Нью-Дели некоторые увидели в этом пакистанский след, другие – подтверждение теории, что вокруг Индии формируется сдерживающая ось Китай – Пакистан – Россия.
Москва стала активно дружить с Исламабадом примерно тогда же, когда потеплели отношения между Нью-Дели и Вашингтоном, так что это, скорее всего, стало российским ответом на сближение правительства Моди с США. Вот и сдвоенный апрельский визит Лаврова в Нью-Дели и Исламабад очень похож на дипломатический маневр, демонстрирующий Индии, что Россия отказывается от самоограничений в отношениях с Пакистаном.
Как в море корабли
Удары по чувствительным для Индии вопросам – то проведение учений с Пакистаном в спорных районах Кашмира, то предложение посредничать в индо-пакистанском конфликте – указывают скорее на преднамеренный характер российских действий.
Перестать оглядываться на Нью-Дели при развитии сотрудничества с Пакистаном все активнее призывают российские военные эксперты. С их точки зрения, раз Россия потеряла позиции эксклюзивного поставщика Индии, то должна продавать Пакистану то, от чего отказываются индийцы. Но признаков роста экспорта вооружений в Пакистан нет, пока речь идет лишь о точечных поставках, что подтвердил Лавров во время переговоров в Исламабаде. Он заявил, что Россия продолжит укреплять «антитеррористический потенциал Пакистана», в том числе путем поставок «соответствующей военной техники».
Такой подход России кажется скорее эмоциональным, чем рациональным. Индия все еще остается крупнейшим импортером российского оружия, и в этой роли Пакистан со своей нестабильной экономикой не способен ее заменить. А та российская боевая техника, которая уже поставляется, если даже и укрепит возможности Пакистана по борьбе с террористами, едва ли приведет к прогрессу на этом направлении. Общие связи России с Пакистаном весьма непрочные, совместные экономические проекты продвигаются медленно из-за антироссийских санкций. При этом Пакистан умело использует Россию в своих интересах – например, для продвижения повестки по Кашмиру.
Правда, для Индии российско-пакистанская дружба – это тоже скорее вопрос эмоций. А вот крепнущее партнерство России и Китая имеет гораздо более серьезные последствия. Российская помощь КНР в выстраивании системы предупреждения о ракетном нападении, технологическое и энергетическое сотрудничество, рост торговли и инвестиций, разговоры, пускай и умозрительные, о военном союзе двух стран, – все это вызывает серьезное беспокойство в Индии.
Вместо нового Движения неприсоединения Россия и Индия все больше сдвигаются к двум мировым центрам силы – Китаю и США. Это расхождение постепенно сжигает мосты российско-индийской дружбы. Партнерство двух стран напоминает разваливающийся брак, где разлюбивших друг друга супругов от развода отделяет лишь нажитая за годы совместной жизни взаимозависимость. Сегодня в российско-индийских отношениях еще осталось пространство для прагматичного диалога, но там уже нет похожего видения будущего.
Статья опубликована в рамках проекта «Диалог Россия – США: смена поколений». Взгляды, изложенные в статье, отражают личное мнение автора
Алексей Захаров
Фонд Карнеги за Международный Мир и Московский Центр Карнеги как организация не выступают с общей позицией по общественно-политическим вопросам. В публикации отражены личные взгляды авторов, которые не должны рассматриваться как точка зрения Фонда Карнеги за Международный Мир или Московского Центра Карнеги.
Другие материалы
Карнеги
The Print, ИноСМИ
05.2021
Глава Московского центра Карнеги: Китай недоволен поставками вооружений Индии, однако российско-индийская дружба непоколебима
05.2021
Тихая милитаризация. Что означает для России новая оборонная политика Японии
03.2021
Остановить нельзя терпеть: Европа и российско-китайское сближение
Будьте в курсе
Подпишитесь, чтобы получать последние публикации Карнеги на Ваш электронный адрес. Поля, отмеченные звездочкой (*), обязательны для заполнения.
Самое популярное :
15.09Партия преткновения. Какой будет судьба «Единой России» после выборов
16.09Какую роль играют думские выборы в политической трансформации России
14.0928 союзных программ. Почему они не стали прорывом в интеграции Москвы и Минска
13.09Доктрина Байдена. Какой станет внешняя политика США после Афганистана

Московский Центр Карнеги
Россия, 119002
Москва, пер. Сивцев Вражек, 25/9 стр. 1
Тел.: +7 495 935-8904
Факс: +7 495 935-8906
КАРНЕГИ В МИРЕ
Carnegie Endowment for International Peace
Carnegie Europe
Carnegie India
Московский Центр Карнеги
Carnegie–Tsinghua Center for Global Policy
Malcolm H. Kerr Carnegie Middle East Center
Написать по электронной почте
Для СМИ
Возможности трудоустройства
Обеспечение конфиденциальности
О НАС
В современном конкурентном мире, перенасыщенном идеями, Московский Центр Карнеги проводит уникальные независимые исследования, способствующие укреплению международного мира.
Подробнее
© 2021 Все права защищены.
Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с нашей политикой в отношении файлов cookie.
Share this selection
Tweet
Facebook